Это было чувственное наслаждение. И, как оказалось, не только для самой Санни, но и для мужчины, который внимательно следил за ней, стоя у противоположной стены. Небрежно опершись о подоконник, он наблюдал за тем, как Санни Чандлер смаковала клубнику в шоколаде. Она превратила простой акт поглощения десерта в эротическое зрелище. Его собственный рот наполнился слюной от желания не столько отведать ягод, сколько прикоснуться к алым от клубничного сока губам и языку незнакомки.

— Я вижу, ты глаз от нее оторвать не можешь, — раздалось рядом с ним.

Переступив с ноги на ногу, он сказал, не сводя взгляда с молодой женщины:

— Санни Чандлер стоит того, не так ли? Подошедший к нему мужчина согласно кивнул:

— Да, она всегда была хорошенькой. На нее заглядывались еще в школе. Классная девочка!

— Чего никак не скажешь о той выходке, про которую ты мне рассказывал. Почему она это сделала?

— Хотел бы я знать ответ на твой вопрос! Этого тебе никто не сможет сказать, дружище.

— Неужели? — недоверчиво покачал головой высокий блондин. — Значит, она ни с того ни с сего выкинула этот фокус и тут же умчалась прочь из города?

— Вот именно, — довольно прищелкнул пальцами его приятель. — И оставила своего жениха — ты его знаешь, это Дон Дженкинс — вот с таким носом!

Он скорчил такую уморительную гримасу, что оба весело расхохотались. Однако на сей раз на них никто не обратил ни малейшего внимания, поскольку все были заняты созерцанием нареченных жениха и невесты, которые с возгласами удивления и восторга увлеченно разворачивали красочные пакеты со свадебными подарками.

— Значит, она должна была выйти замуж за Дона Дженкинса?

— Ага! Всякий раз, когда я бываю в баптистской церкви, я непременно вспоминаю об этом.

— И никто не знает, почему она бросила его в самую последнюю минуту?