— Мне нравится, как вы едите клубнику.

Такого начала беседы Санни никак не ожидала. Что ж, в оригинальности этому человеку не откажешь. Оценив его ум, она постаралась не поддаваться его обаянию, однако все ее тело, не слушаясь рассудка, потянулось к незнакомцу.

Его слова означали, что он наблюдал за ней и ему понравилось то, что он увидел.

Любая женщина на ее месте почувствовала бы себя польщенной, однако Санни ответила взглядом, исполненным ледяного высокомерия, которое могло бы у кого угодно отбить всякую охоту продолжать разговор. У кого угодно, только не у этого настроенного крайне решительно светловолосого красавца с сапфировыми глазами.

Взгляд незнакомца медленно скользнул по ее лицу и остановился на губах.

— А что еще вы умеете делать столь же хорошо?

— Защищаться от назойливых мужчин.

Он добродушно рассмеялся:

— И остроумно парировать выпады к тому же.

— Спасибо за комплимент.

— Потанцуем?

— Нет, благодарю.

Она хотела отвернуться от него, но блондин мягко прикоснулся к ее локтю:

— Прошу вас…

— Нет, спасибо, — с нажимом произнесла Санни, подчеркивая решительный отказ.

— Почему?

Ей хотелось отбрить этого бойкого голубоглазого блондина с улыбкой крокодила, сказав, что вовсе не обязана объяснять причину своего отказа, и только мысль о том, что может испортить вечеринку, устроенную ради Фрэнни и Стива — а этого ей совсем не хотелось, — остановила ее. Ограничившись извинением:

— Я уже натанцевалась, даже ноги заболели, так что прошу меня простить… — она направилась к круглому столу в центре зала, где бил фонтанчик шампанского, и, взяв с подноса фужер в форме тюльпана, подставила под одну из пенных струек.

— А меня в воскресной школе учили, что лгать грешно, — раздалось у нее за спиной.